Без названия

Прошло три месяца как я познакомилась с ним. Его звали… Сергей.

Он был хорош собой, если бы не бородавка на носу. Такая большая, круглая и смугло-коричневая. Бабушка называет людей с бородавками — меченые и с полной уверенностью заявляет, что люди с бородавками — дьявольское отрепье. Что в бородавках скапливается вся дурная энергия, и что у таких людей — дурной глаз.

У него была машина — небольшой кабриолет, серебристая мазда, с которой он сдувал пылинки. Он забирал меня с работы, его кабриолет летел по скользким дорогам, музыка в салоне громко играла, я искоса смотрела на него и размышляла: что мне могло понравится в нём.

Он не подходил мне по главному параметру — возраст. Ему было тридцать шесть лет. Не старый пень конечно, но смущал его плотный живот, морщинки вокруг глаз, и его немного старперская привычка наливать чай и макать в него печенье.

На шее у него висела толстая золотая цепочка, одевался он молодежно: джинсы, футболки с модными английскими буквами и хорошие кроссовки.

— А где ты работаешь, Сергей? — спрашивала я.
— Да так, — уклончиво отвечал он.

Потом я узнала, что он занимался машинами. Он выкупал и перепродавал их. Его телефон постоянно разрывался от клиентских звонков. Бизнес его был прибылен. В холодильнике у него всегда лежал дорогой сыр и мои любимые Раффаэло, да и кабриолет — был не единственный.

В общении Сергей был несколько грубоват. Он щипал меня за попу в людных местах, и когда я опаздывала на свидания — смотрел на часы и хамовато заявлял:

— У меня и так мало времени.

Вечерами мы сидели дома, ели мандарины, болтали о всяких пустяках и лупили друг друга подушками. Он сильно сжимал меня и приговаривал: Моя ляля. Мне было приятно.

Во время секса, он наматывал мои волосы на руку и сильно тянул, приговаривая: Нравится? Мне это нравилось.

Мне было приятно находится рядом с ним. Наверно дело даже не в том, что у него в холодильнике всегда лежал дорогой сыр, просто с ним я успокаивалась. Мне нравилось, когда его большие руки сжимали меня сильно-сильно до белых пятен на коже.

Он был ревнив, и порой кричал на меня, что-то вроде:

— Все вы башкирки такие. Подвернется х** побогаче, вы сруливаете.

Я отворачивалась к стенке и обиженно сопела.

Надышавшись друг другом и, устав ругаться, мы решили расстаться. Но… На днях… На днях он позвонил мне и предложил встретится.

— Ты скучала по мне? — его рука привычно потянулась к моим волосам.
— Нееет. — протягиваю я.
— Нет?
— Нееет.
— Сучка, — его рука скручивает мои волосы в длинный жгут и дергает ещё сильнее.